«Водители на ЛБС – это как минимум медаль «За Отвагу»

Недавно в нашей стране отмечался День военного автомобилиста. Это хороший повод рассказать о героических водителях Добровольческого корпуса, которые каждый день рискуют собой, чтобы доставить на передний край все необходимое для боевой работы, обеспечить ротацию и, если нужно, вывезти раненых.

 Машины на фронте должны быть простыми как три копейки

Это хорошо знают все, кому по долгу службы приходится ездить на передний край.

 «Витязь» – водитель со стажем. Еще в мирной жизни он работал на легковом и грузовом транспорте, управлял «Уралами» и «Камазами» на строительстве одного из северных газонефтепроводов. Теперь служит в отдельном разведывательно-штурмовом отряде «Русь» Добровольческого корпуса.

– Карьера военного у меня началась еще в 90-е годы на срочной службе, когда призвался в армию, в отряд специального назначения МВД России.  Участвовал в урегулировании ряда межнациональных конфликтов и защите нашего государства, – рассказывает Витязь.

Но навыки по-настоящему экстремальной езды освоил здесь, на СВО, подписав контракт с Минобороны. Так же, как и сейчас, занимался подвозом на ЛБС боеприпасов, топлива, продуктов питания и воды, обеспечивал ротацию личного состава, эвакуировал раненых. Сам получил тяжелое ранение. После восстановления по совету товарища пришел в отряд «Русь».

– Водитель должен быть спокойным, хладнокровным, должен смотреть на 360°. Нужно слышать, что говорят напарники, люди, с которыми он работает рядом, – поясняет Витязь.

Чувствовать надо не только товарища, но и свой автомобиль, его мотор,   чтобы в самый неподходящий момент транспорт вдруг не сломался.

– Во время работы машины, бывает, приходят в негодность. Добираемся до места, где наши ребята помогают нам ремонтировать, восстанавливать, ставить их опять на дежурство. И продолжаем работать дальше, – говорит доброволец. – Машины на фронте должны быть простыми как три копейки, чтобы можно было их быстро и легко починить. Не должно быть ничего лишнего. Они у нас такие и есть.

Витязь ездит на «Ниве» – одной из главных рабочих лошадок войны. Зачастую автомобили меняют свой изначальный вид, «прокачиваются» для перевозки грузов и бойцов, становятся более вместительными и похожими на те, что показывали в популярных боевиках.

«Последние километры мы ехали без тормозов»

На передовой, рассказывает военный корреспондент Добровольческого корпуса Виталий Акиньшин, водитель – это всегда особый человек. В условиях «дроновой» войны порой самым сложным и опасным является именно подвоз грузов, топлива и личного состава на передний край. Поэтому, залезая в кузов или кабину такого транспорта, ты доверяешься мастерству и самообладанию водителя. По асфальтированным дорогам на переднем крае мало кто ездит, а если и ездит, то недолго. Все основное движение идет по грунтовке. И реакция водителя должна быть мгновенной, плюс внимательность. Конечно, за небом и дорогой следят все, кто находится в автомобиле, но руль в руках только у одного.

Очень часто именно мастерство и самообладание водителя спасает жизни бойцов. Виталий вспоминает, как в один из своих выездов на передовую с отрядом «Русь» Добровольческого корпуса их группа попала под атаку ФПВ- дронов противника:

– Это было в окрестностях Часова Яра. Я с группой подвоза на переделанной под грузовик «Ниве» поехал на передовую. Я должен был поработать с бойцами день и переночевать на их позиции. На следующее утро, «по серому», наша «Нива» должна была привезти очередную партию груза и забрать меня. Однако в тот день противник поднял в небо огромное количество ФПВ-дронов. Машина попыталась проехать на наши позиции, но не смогла, вернулась назад. Следующий выезд должен был быть только утром. Но подвоз боеприпасов никто не отменял и, когда к середине дня в небе стало тише, машина вновь рванула к нам. Груз был доставлен, я со стрелком занял место в небольшом кузове, и мы выехали назад. Дроны в небе появились уже через пару минут. Наш водитель с позывным «Юрист», как выяснилось позже, он был из соседнего подразделения «Буран», выжимал из машины все, что было только возможно. Грунтовка, изрытая воронками, частично перекрытая фрагментами подбитой техники, казалась непроходимой. Тогда я поймал себя на мысли, что даже если нам удастся увернуть от дрона, то первая же воронка или поваленное дерево станут для нас последними. Удержаться мы бы просто не смогли, а водитель умудрялся на огромной скорости лавировать между преградами.

В какой-то момент впереди по курсу движения мы заметили группу из трех человек. Это были бойцы из смежного подразделения, саперы, которые попали под удар дрона и были вынуждены пешком по открытой местности добираться до своих. Очевидно, что в тот день шансов у них было немного. Нас в «Ниве» было уже четверо, но водитель все равно резко затормозил и крикнул: «Быстро в машину». Теперь в небольшом внедорожнике нас стало уже семеро. Когда машина тяжело, но все-таки набрала скорость, каждый из нас думал уже не столько о летящих ФПВ, сколько о том, чтобы водитель не ошибся, а машина выдержала. Выдержали и водитель, и машина.

Когда мы уже благополучно вернулись в заданную точку, выяснилось, что от перегрузки и глубоких ям у «Нивы» были перебиты тормоза и последние километров семь, по бездорожью, на огромной скорости мы ехали без них. Впрочем, никто из пассажиров об этом не знал, знал только «Юрист» и сделал все, чтобы вернуть нас целыми. Приехав на ПВД, техник отряда «Русь» с позывным «Че Гевара», не откладывая, принялся ремонтировать еще не остывший автомобиль. Времени на отдых и раскачку здесь, на фронте, просто нет. Уже через час «Юрист» с группой эвакуации вновь выехал в тот же район, чтобы срочно эвакуировать раненого.

Все задачи адекватные – ничего лишнего, ничего сверхъестественного: водитель 8-й бригады о своей работе

 Боец с позывным «Чек» работает водителем в 8-й бригаде Добровольческого корпуса. Подвозит на передовую боекомплект и личный состав.

– Перед выездом ощущается страх. Когда сел за руль – там уже чисто адреналин, – говорит Чек. – Боевое крещение – вот отметка на лобовом стекле. Это был мой день рождения, первый боевой выезд на позицию и первый так называемый «ждун». Но ребята из ПВО вовремя отследили дрон, отработали его – и разорвался он перед машиной. Немножко достал, но все целые, никто не пострадал.

Раньше Чек служил в разведке и решил принять участие в СВО, когда многие из его однополчан ушли на фронт.

– Водители, которые работают на ЛБС, это как минимум медаль «За Отвагу», а те, кто занимается эвакуацией, – Орден Мужества, – убежден замкомандира 8-й бригады Добровольческого корпуса по боевой подготовке с позывным «Шали».

С этим, наверное, согласны все, кому приходилось ездить на передний край.

Не останавливайся и маневрируй

Транспорт всегда является приоритетной целью для противника. Каждый выезд на линию боевого соприкосновения – это риск и настоящее испытание. Водителю нужны стальные нервы и мастерство, чтобы выполнить боевую задачу.

– Самая большая опасность наша – это ФПВ-дроны. Выше 100 километров в час они набирают скорость. И ситуация может поменяться в любую минуту. Ты всегда должен быть начеку. Просто не останавливайся, большая скорость и от края до края маневрируй – сброс в тебя не прилетит, – советует водитель роты БПЛА бригады «Невский» с позывным «Сулим».

На нем лежит особая ответственность – Сулим доставляет на передовую пилотов и сами дроны: самолеты, камикадзе, бомберы. От эффективности расчетов БПЛА зависят жизни штурмовиков. Водитель говорит, что добираться до позиций и обратно ему помогает оберег – маленький чебурашка в цветах российского флага:

– В праздники пришли посылки от гражданских людей. В одной из коробок в пакетике лежала вот эта игрушка. И записка, в которой было написано: «Дорогой солдат! Я хочу тебя поздравить с майскими праздниками. У меня тоже отец был на войне, но он пропал. И я бы хотела, чтобы вы всегда возвращались в свои семьи». И меня это прямо за душу взяло, что ребенок, наверное, с мамой сделали.