Сквозь огонь и воду

Разведывательно-штурмовая бригада «Волки» приближается к Краматорску.

Все «приятные» сюрпризы фронтовой дороги, а заодно и плотность боевых действий на Краматорском направлении начинаешь ощущать еще на пути к линии фронта. Не имея возможности сдерживать прямой натиск штурмовых подразделений Добровольческого корпуса и всей Южной группировки войск, противник пытается ослабить наступление за счет применения большого количества ударных дронов. И основной удар направляет на маршруты подвоза боеприпасов и ротации войск. Но остановить набирающее обороты наступление на Славянско-Краматорскую агломерацию уже невозможно.

Дорога на фронт

Наш путь лежит на позиции разведывательно-штурмовой бригады «Волки» Добровольческого корпуса. В окрестностях Соледара нам приходится то и дело сворачивать в заранее подготовленные убежища. Каждый водитель фронтового автомобиля знает их наизусть. Это место, куда можно мгновенно свернуть и укрыться вместе с транспортным средством. Наш выезд не стал исключением. Сквозь грохот колес и рев двигателя нашей боевой «буханки» было слышно, как по радиосвязи пришло предупреждение. УАЗ быстро нырнул в какую-то нишу в густом лесу.

– Выпрыгиваем. Выпрыгиваем! Давай, давай, – скомандовал водитель, а радиостанция продолжала передавать предупреждение: «Авиационная опасность, направление Соледар»!

– Что остановились? Летело что-то? – Крыло, – совершенно спокойным голосом, ответил один из сопровождавших нас бойцов. – Разведывательный дрон. Сейчас немного подождем и будем толкаться дальше.

Бойцы из стрелковой группы бригады «Волки» говорят, что уже давно относятся к таким моментам спокойно. Предупреждения о воздушной опасности приходят через каждые 7-10 минут. Это говорит о том, что противник в агонии, пытается замедлить наступление и бьет по всему, что движется.

В момент нашего приезда на пункте управления «Волков» идет напряженная боевая работа. Штурмовые подразделения бригады накапливаются на позициях в непосредственной близости к Краматорску. По одному, по двое, чтобы не привлекать внимания и сохранить скрытность, пехота собирается на переднем крае в мощный штурмовой кулак. Переходят вброд водные преграды, буквально просачиваются сквозь заросшие и засыпанные минами лесополки. Заместитель командира бригады с позывным «Филин» пристально всматривается в экраны мониторов, куда передается картинка с разведывательных крыльев. Камеры с «Орланов» отслеживают передвижение каждого бойца и, если на его пути есть засада, или в его сторону летит ФПВ противника, тут же подсказывают ближайшее укрытие.

– Работа активная в круглосуточном режиме у нас продолжается уже не один месяц. Это с начала того, как мы прорвали оборону противника, работаем 24 на 7 и постоянно выполняем задачи, – рассказывает заместитель командира бригады с позывным «Филин».

Отец и сын – один расчет

Еще несколько километров по заросшему травой полю. На позиции артиллерии бригады железный голос командира орудия «Гиацинт-Б» с позывным «Шорох» слышен за несколько десятков метров.

– Размаскировываемся! Угломер 2.50! – 2.50 есть!

Орудие «Гиацинт-Б», как и вся артиллерия бригады, работает в направлении Краматорска практически без остановки. Целей, рассказывают бойцы, с каждым днем становится все больше, снаряды отправляются все дальше. Выбивается подвоз противника, разбираются гнезда БПЛА.

В момент выстрела «Гиацинта» воздух вокруг орудия сжимается до какого-то густого состояния, настолько мощный пороховой заряд применяют артиллеристы. Несмотря на большое количество дронов, которые использует противник, говорит командир орудия, артиллерия как была, так и остается главной кувалдой наступательных действий. И никакие, даже самые продвинутые БПЛА, не заменят ее на поле боя.

– Плотность огня у артиллерии намного выше, чем у беспилотных систем. Плюс беспилотные системы можно заглушить, подавить, сбить. Но, если в тебя летит 50-килограммовый снаряд, вряд ли ты его как-то собьешь и шансов выжить у тебя при попадании крайне мало, – рассказывает командир орудия с позывным «Шорох». 

Этот расчет «Гиацинта-Б» в бригаде «Волки» на особом счету. И все потому, что у орудия отец и сын. Позывные «Крутинка», он заряжающий, и «Кашкан» – наводчик. Так спокойнее, говорит «Крутинка», да и сын всегда под присмотром. Сам «Кашкан» шутит, что здесь он под двойным надзором. С одной стороны – командир, с другой – отец. Первым на СВО ушел отец – «Крутинка», сейчас у него идет уже четвертый контракт. Глядя на отца, рассказывает «Кашкан», он решил, что по-другому тоже не может. Попросился в бригаду «Волки», приняли. Так и жить, и воевать легче.

– Он сообразительный парень, говорит про сына «Крутинка», все понимает сам хорошо. – А слушается отца? – Конечно, улыбаясь отвечает «Крутинка». Да, а куда он денется?

Найти и уничтожить

Когда появляется «окно» и небо чистое, перемещаемся на одну из передовых позиций бригады. Здесь к работе готовится расчет БПЛА «Молния». Задача  –по координатам разведки найти и уничтожить пункт взлета дронов ВСУ в Краматорске. Сборка крыла у беспилотчиков бригады «Волки» отточена до автоматизма, рассказывает пилот «Молнии» с позывным «Асса».

– Процесс элементарно легкий, даже ребенок справится с конструктором. Как в детстве самолетики собирали, так и здесь, только побольше. Высота до пяти километров. Можем работать по воздушным целям. Также можем использовать для поражения живой силы, — рассказывает пилот БПЛА.

Для быстроты и удобства выполнения поставленной задачи, боевую часть для «Молнии» собирают здесь же. Инженер с позывным «Тарантино» рассказывает, что работает, что называется на заказ, в зависимости от цели и задачи.

– Делаем кумулятивный боеприпас, осколочно-кумулятивный.  – Что им можно разобрать? – Кумулятивный боеприпас им нужен, чтобы вскрыть блиндаж противника. Они его вскрывают, и в дальнейшим добиваем фугасами его.

Запуск «Молнии» – процесс считанных минут. Нахождение на открытой местности сведено до минимума. Места для запуска «Молнии» каждый раз приходится менять, потому что противник тоже не дремлет, ищет, пытается уничтожать. Поэтому каждый раз это новое место. Когда силуэт ударника растворяется в кучевых облаках, мы спешно покидаем место запуска. «Ответка» противника может быть достаточно скорой. В подтверждение тому десятки и десятки лежащих на земле обломков вражеских БПЛА.

– Вот смотри, какая у них расцветка, – показывает часть украинского дрона боец.

На пункте управления «Молнией» в этот момент максимальное напряжение. Противник пытается подавить наше крыло комплексами РЭБ. Видеосигнал периодически пропадает. Оператор с позывным «Асса» постоянно лавирует и продолжает заход на цель.

– Была обнаружена точка взлета БПЛА, сейчас летим до нее. – Это и есть Краматорск? – Да, два города, слияние Краматорска и Славянска, –рассказывает пилот «Молнии»  «Асса».

Берем и делаем

Все это время, что мы передвигались по позициям бригады «Волки» Добровольческого корпуса, нас сопровождал командир разведывательного подразделения с позывным «Тихий». И только спустя несколько часов сослуживцы «Тихого» рассказали, что это тот самый боец, о котором пару недель назад писали многие российские СМИ. Буквально из-под носа ВСУ, он сумел вытащить сбитый гексакоптер «Вампир». На кадрах, которые разлетелись в интернете, видно, как налегке, без оружия, через минное поле, «Тихий» перебегает большую открытку, забирает дрон весом более пятидесяти килограммов и успешно возвращается. До позиций противника в этот момент менее 200 метров. О том боевом выходе сам «Тихий» рассказывает немного – был приказ, он его выполнил.

– Они не ожидали наглости, среди бела дня кто-то вообще пойдет и сделает. Наглость и смелость, наверное, или, наоборот, отчаянность. На тот момент этот дрон нужен был для той или иной информации, поэтому нужно было сделать. Почему нет, если можно сделать? Берем и делаем!

Берем и делаем. И эти слова могли бы стать девизом всего Добровольческого корпуса Минобороны, от рядового до командира, поскольку каждый из этих бойцов пришел сюда по своей воле. Пришел ради мирного будущего своей страны. И лучшей наградой станет окончательная победа. А пока, в окружении боевых товарищей, замполит бригады «Волки» вручил отличившимся бойцам государственные награды прямо на передовой. Под залпы артиллерии и визг ударных дронов.