Могучие МОГи Добровольческого корпуса

Министерство обороны России ежедневно сообщает о десятках, а то и сотнях сбитых над территорией России вражеских БПЛА. Это огромная, коллективная работа, в которой задействованы комплексы ПВО, авиация, средства радиоэлектронного подавления и, конечно же, мобильные огневые группы.

Подготовка к работе мобильной огневой группы отдельного диверсионно-разведывательного отряда «Буран» Добровольческого корпуса, куда я прибыл, чтобы поучаствовать в отражении атак БПЛА, начинается задолго до выезда. В кузов переделанного в боевой УАЗа под завязку загружаются боеприпасы, в баки заливается топливо, чтобы хватило на постоянные перемещения на большой скорости. Но главное, чем запасаются сами бойцы, это хладнокровием и выдержкой.

Вокруг Луганска мобильные огневые группы начинают сосредотачиваться еще до захода солнца. К моменту наступления темноты каждая из них уже должна занять позицию в своей заранее подготовленной точке. Впрочем, эти точки тоже постоянно меняются и зависит это от маршрутов пролета БПЛА противника. С бойцами роты «Маэстро» отряда «Буран» прибываем на позицию, где пролеты ударных крыльев противника отмечаются наиболее часто. По сути, в чистое поле. И чем дальше солнце уходит за горизонт, тем стремительнее растет волнение. С одной стороны, боевой азарт, говорят стрелки, с другой огромная ответственность. На открытой местности ничего не закрывает обзор неба, но и сама мобильная огневая группа как на ладони.

«Бывает, по 800 метров летят высотой, рассказывает стрелок-водитель с позывным «Ленин». – Бывает, широким фронтом заходят, бывает, друг за другом, но минута разницы. Бывает, с электричками проходят, бывает, без. То есть тут не угадать. Смещение по точкам часто происходит. Место пролета либо сообщается нам, либо мы сами по звуку определяем и перемещаемся».

 Попытка прорыва ударных крыльев противника начинается, когда наступает полная темнота. Пока они заходят на значительном расстоянии. С нашей позиции их не достать. В ночном небе мы как на огромном экране наблюдаем за работой соседних подразделений.

«Там ЗУ-шка работает на севере и трассера. Вон, видишь», – показывает стрелок в ночное небо.

Словно в подтверждение его слов оживает радиостанция, докладывает соседняя огневая группа: «Две штуки прошли, на достаточно большом удалении, но обстреляли. Ушли на восток».

 Спустя еще несколько минут становится понятно, что этой ночью дронов хватит на всех. Средства воздушного наблюдения сообщают о движении в нашем направлении. Бойцы мобильной огневой группы мгновенно занимают каждый свое боевое место. Все практически на автомате, поскольку эту процедуру они повторяют каждую ночь. Теперь главное вовремя засечь БПЛА противника и постараться не промахнуться.

 «Если никуда не сместятся, то выйдут прямо на нас, говорит боец с позывным «Ленин», доставая из кабины автомат с тепловизионным прицелом. – Большая группа? Да, 8 штук».

Дальнейшие события мы наблюдаем уже через тепловизионный прицел пулеметной спарки.

«БПЛА на западе! Всем к бою», – командует старший группы. Стрелковая группа начинает работать как единый, четко отлаженный механизм. Звучат короткие, сухие команды: «Идут! Убирай быстрее треногу. Давай корректируй меня!».

Как только на экране тепловизора появляется светящаяся точка, тепловая сигнатура вражеского крыла, пулеметная спарка ПКТ начинает буквально заливать небо огнем. Боеприпасов не жалеют. Работают длинными очередями. Еще пару минут интенсивного огня, и уже слегка охрипшим голосом пулеметчик радостно кричит:

«Все, есть! Есть попадание! Есть! Падает! ФПВ-шки от него отлетают»! Спустя еще несколько секунд видно, как крыло падает и происходит детонация боевой части. «О! Взрыв, детонация. Он упал где-то за терриконом, наш подраночек».

Однако радоваться долго времени нет. По рации приходит информация о приближении очередного крыла.

Пытаясь обойти мобильные огневые засады, говорят бойцы отряда «Буран», противник постоянно меняет места пролетов. Вместе с этим, все чаще ведет настоящую охоту и за самими МОГами. И вот тогда, говорит пулеметчик с позывным «Тошик», наступает один из самых сложных моментов работы.

«Что самое сложное в работе МОГов? – Не заиграться, когда на тебя дрон заходит. Вовремя успеть с машины соскочить. Каждый раз ты думаешь, что вот сейчас, сейчас собьешь, он должен упасть, а он на тебя заходит. Несколько раз такое было. Уже после боя задумываешься, надо было бы уже соскочить».

Случается так, что сбить дрон не удается и он проходит дальше. Тому есть много причин – и высота полета, и погодные условия. Это тоже своего рода стресс. В этот момент может показаться, что не выполнил боевую задачу, не попал, пропустил. Но работа МОГов в подразделениях Добровольческого корпуса выстроена таким образом, что, даже преодолев один огневой заслон, БПЛА противника натыкается на следующий, следующий, пока не будет сбит, – рассказывает стрелок с позывным «Тошик».

 «В самом начале работы это очень сильно под пресс вводило. Ты задумывался: вот пролетел, все-таки и тяжко было об этом думать. Но, как в том анекдоте, “товарищ генерал, а я что один в нашей армии работаю, что ли?” Здесь без коллектива ничего не будет. Здесь организованная работа штаба, передачи информации и связи. От стрелка здесь много что зависит, но не ключевые моменты».

 А уже следующим вечером все повторяется вновь. В большинстве подразделений Добровольческого корпуса. Уже на следующий день, мы на противоположной стороне ЛНР, в зоне ответственности бригады «Север V». Их задача противостоять тяжелым, дальнобойным дронам ВСУ, которые ежедневно пытаются заходить вглубь российской территории. И на сегодняшний день это один из самых важных физических заслонов на пути пролета вражеских беспилотников.

Наш маршрут достаточно сложный. Несколько часов ожидания, затем смена транспорта, и начинается настоящее военное ралли по пересеченной местности. В какой-то момент слышен голос стрелка-водителя с позывным «Пчел»: «Погнали! – Погнали! – То есть приходит какая-то информация и нужно выдвигаться, как это работает? – Приходит информация, когда БПЛА противника начинают менять свои маршруты, мы вынуждены передвигаться».

По радиосвязи приходит указание присоединиться к мобильной группе ЗУ-23, размещенной в кузове армейского Урала. Однако сделать это не так-то просто. Надо сказать, что это настоящая охота. Тяжелый Урал с зениткой в кузове топит под сотню с такой легкостью. Буквально летит над дорогой. Опыт водителя, говорит «Пчел», в таких условиях, играет роль, конечно. Здесь, кто быстрее, кто опытней, тот и победил.

 Вдалеке уже слышна работа МОГов соседей. Противник постоянно ищет брешь в работе огневых групп. Мы несколько раз спешно меняем позиции. «Пчел», словно оправдывая свой позывной, на мокром от дождя черноземе, он не едет, а уже летит, но на очередную огневую точку успевает. Старший расчета ЗУ-23 того самого Урала с позывным «Бусик» говорит, что так работать приходится почти каждую ночь.

 «Вот, мы на своей позиции выставились, все, и начинается пролет. Нам заранее говорят, где они идут. Если мы начинаем и по первому отрабатываем, они, последующие, которые летят сзади, они уже меняют свой курс. Поэтому, становится сложнее, поэтому у нас много передвижений, много выставлений. Вот так и работаем всю ночь».

Торопились, как выясняется, не зря. Долго ожидать не пришлось. При появлении вражеского крыла ночную тишину разрывают очереди осколочно-фугасных зарядов ЗУ-23. Уже высоко в небе они детонируют, заполняя воздушное пространство вокруг себя огромным количеством осколков. Уже через пару тройку часов налеты ударных дронов прекращаются, но работа стрелков бригады «Север-V» на этом не заканчивается. После короткого отдыха нужно почистить и вновь привести вооружение в боевую готовность. Командир мобильной огневой группы с позывным «Лума» рассказывает, их работа не сводится лишь к стрельбе по летящим мишеням. Это целая система взаимодействия между многими ведомствами.

«Мы находимся на связи с другими подразделениями РЛС высших эшелонов, средних эшелонов, РЛС ближнего радиуса действия. Это назовем даже “межведомственная коалиция”, которая работает на подавление вражеских беспилотников. В этой группе и Минобороны, и добровольческие отряды, и полиция, и Росгвардия, и даже МЧС», – рассказывает Лума.

Да и сама работа стрелков, говорит «Лума», требует особого внимания и понимания.

«Мы не палим куда попало. Мы, когда на позиции приезжаем, понимаем, куда стрелять можно, куда стрелять нельзя, куда желательно, чтобы он упал. Мы всегда эти моменты учитываем, местных жителей, инфраструктуру».

Все, кто в данный момент не на боевом задании, оттачивают стрелковые навыки на полигоне. Днем и ночью, от рядовых бойцов – до командиров групп. Обучение штурмовых групп и мобильных огневых. Тренажеры собраны в основном своими руками, под условия боевых задач. А в качестве воздушных мишеней используют как профессиональные стенды, так весьма неожиданные решения. И все дело в том, что запускать реальные ФПВ-дроны для тренировки было бы достаточно дорогим удовольствием. Поэтому инструкторы из бригады «Север-V» используют, можно сказать, игрушки. Небольшой самолетик на радиоуправлении в полете имитирует ФПВ-дрон.  

И как бы ни старался противник, постоянно меняя тактику применения ударных дронов, мобильные огневые группы Добровольческого корпуса 24 на 7 готовы к отражению налета.