«Медленно, но верно»: как воюет отряд «Тигр» 8 бригады на Славянско-Краматорском направлении

На Донецком направлении в последние месяцы становится все жарче. Сейчас внимание приковано к Краматорску. Город готовится к обороне: трассы, ведущие в оккупированный Краматорск, заминированы, установлены антидроновые сети, реагирующие на регулярные пролеты FPV-дронов. Расстояние от линии фронта до окраин города составляет около 14 км, что делает Краматорск потенциальной мишенью для ударных дронов и авиации. Российские войска активно приближаются к городу, а из него начали массово выезжать жители.

Вооруженные Силы России создают так называемый «огневой балкон» над Краматорском и Славянском, что позволяет нашим военным «нависнуть» над двумя последними крепостями ВСУ в ДНР сразу с двух сторон — — с севера в районе Яровой и Святогорска и с юга за Федоровкой около Артемовска.

В Краматорске гарнизон ВСУ, как сообщают независимые СМИ, находится в «тревожном ожидании наступления».

Именно на этом направлении воюют бойцы отряда «Тигр» 8-й бригады Добровольческого корпуса.

Ранее морозное утро. В этот раз с погодой сильно не повезло — светит яркое солнце. Впервые за последние несколько недель ясная погода, но бойцов на передовой это не радует. Однако подвоз боеприпасов и продовольствия на передний край боев на Славянско-Краматорском направлении никто не отменял. Значит, будем выдвигаться. Нас ждут бойцы отряда «Тигр». Осторожно, с максимальной концентрацией. Настоящее боевое сафари.

Под безоблачным небом любое движение на открытой местности как на ладони у операторов вражеских разведдронов. На бешеной скорости мчимся вперед. Несколько бойцов контролят небо, водитель лихо маневрирует по бездорожью, а ты в этот момент пытаешься хотя бы не разбить голову, когда машину подкидывает на очередной кочке.

Высокие скорости на фронте – это совсем не лихачество, а вынужденная мера выживания. Чем меньше время в пути под открытым небом, тем меньше шансов стать мишенью. Ближе к нулевой точке — спешивание. Дальше — только пешком, по опасным тропам, где каждый шаг может быть последним.

«Прятать технику на открытке негде», — как бы предвосхищая мой вопрос о том, почему дальше пешком, говорит командир.

Это и понятно. Линия фронта — вот она, видна невооруженным глазом.

Нас встречает старший расчета зенитной установки с позывным «Патрон». Он же провожает на позиции, где работают его бойцы. На них огромная ответственность — они прикрывают от разведывательных и ударных дронов противника пути подвоза провизии, боекомплекта и личного состава добровольцам отряда «Тигр».

«Патрон» объясняет новую тактику противника:

«Он [противник] поднимает дроны корректировочные… А в это время, где-нибудь на тропинке сидит дрон-камикадзе, на ножках, «ждун»… Когда обнаруживают цель — дрон-камикадзе поднимается и летит к цели».

Иногда «ждун» может атаковать так стремительно, что бойцы даже не успевают сориентироваться – какие-то считанные секунды. Тут не успеешь ни сбить его, ни найти укрытие.

Задача расчета зенитной установки ЗУ-23 — поставить в небе огненный заслон от таких корректировочных дронов-разведчиков. Ждать долго не приходится. Раздается команда:

«Ниже возьми!»

Выстрел.

«Еще ниже!».

Грохот орудий сливается в единый гулкий рокот.

«Ушел», — докладывают зенитчики.

Но это лишь короткая передышка. Расчехлять и зачехлять орудие приходится по несколько раз в час. Работа тут интенсивная и напряженная. Именно от зенитчиков зависит – насколько опасным будет сегодня операция по подвозу всего необходимого на передний край.

Работы на фронте хватает всем – и тем, кто на самом переднем крае, и тем, кто только готовится туда выдвинуться. Тем временем в тылу на выход собирается штурмовая группа «Тигров». Заместитель командира взвода с позывным «Невский» проводит последний инструктаж:

«Все передвижение должно быть максимально аккуратным и предельно внимательным».

У этих бойцов сложная задача — зачистка лесного массива. По разведывательной информации, там было обнаружено сосредоточение живой силы противника. Сожженные лесополосы и открытые пространства делают каждую такую вылазку смертельным риском.

Экипировка продумана до мелочей. Помимо оружия и провизии — обязательные термоодеяла.

«Противник сейчас летает на птицах с тепляками [тепловизорами]. Антидроновые одеяла… накрываются блиндажи, ну и так ребята укрываются, чтобы с птицы их не было видно», — поясняет «Невский».

Сегодня война стала высокотехнологичной, а опасность — невидимой. То, что еще несколько лет назад казалось фантастикой, сегодня стало реальностью. Не зря опытные бойцы говорят, что, если тебя не было на передке несколько месяцев, считай, что обстановку ты не знаешь абсолютно – так быстро меняется характер ведения боевых действий и вооружение, которое использует и противник, и наши войска.

Интересуемся у «Патрона», как вообще противник ведет себя после череды сокрушительных поражений – Купянск, Северск, Покровск, на подходе Гуляй Поле. И все эти населенные пункты, уже традиционно, командование ВСУ называло не иначе, как «крепость» и обещало, что в этот раз им точно удастся «крепость» отстоять. Но российские войска продолжают наступление и продолжают методично перемалывать противника.

На наш вопрос, «Патрон» говорит, что противник пытается сопротивляться, но то, что он ослабевает – это заметно:

«В основном у них сейчас дальнобойные орудия. Огрызаются, но уже не так. Т.е. с большого расстояния. На малом расстоянии силы у них уже не те».

Но говорить о том, что противник ослабел и не сопротивляется – это самонадеянно и преждевременно. Вообще, бойцы всегда говорят, что недооценивать врага очень опасно. Это может стоить жизни.

Обстановку на фронте нельзя назвать стабильной. Каждый день несет новые вызовы и новые опасности. Война — не компьютерный шутер. Здесь нельзя сохраниться и начать заново, если тебя убили. Поэтому каждое движение ежедневно оттачивается до автоматизма, чтобы шансы перейти на следующий уровень увеличивались.

Каждый раз, в любом добровольческом подразделении, невольно задаешься вопросом – кто же все эти люди, добровольно идущие в ад? Кадрового военного здесь встретишь не часто. У некоторых нет за плечами даже срочной службы в армии, но несмотря на это, сегодня они демонстрируют высочайший результат.

Пока сидим отогреваемся на пункте временной дислокации отряда «Тигр», заводим разговор с оперативным дежурным с позывным «Джурабро». Он воюет с первых дней. Человек крайне интересный. Сам себя называет «анархо-милитаристом», интересно рассуждает о войне и о том, как она меняет человека.

«Люди самые разные, самые обычные», — говорит «Джурабро». — «Они приходят из обычной, нормальной, гражданской жизни… для многих из них это лучшее время в жизни».

И лучшее оно, по мнению добровольца не потому, что легко, а потому, что именно здесь решается судьба страны, и оставаться в стороне в этот момент настоящий патриот и человек, искренне переживающий за судьбу Родины, просто не может.

Здесь же, в пункте дислокации, встречаемся еще с одним добровольцем с интересной судьбой — это фельдшер с позывным «Ракита». Она полтора десятка лет отработала в реанимации в обычной больнице. Но потом приняла волевое решение и кардинально изменила всю свою судьбу — теперь она доброволец, военный медик и спасает жизни бойцов под обстрелами.

«Мы первым делом думаем о том, как жизнь спасти. Нам некогда думать об опасности, о том, что может прилететь. Будешь об этом думать, не сможешь работать, а мы нужны ребятам там, на передовой. Раненный боец всегда надеется и верит, что его спасут и окажут помощь. И мы всегда приходим на помощь», — говорит «Ракита», готовя наборы для тяжелых ранений, которые здесь, увы, обычны.

Расспросить о боевой обстановке удается и замначальника штаба отряда «Тигр» 8 бригады с позывным «Армани». Он тоже на фронте давно и видел разные этапы спецоперации, поэтому ему есть, с чем сравнивать. «Армани» говорит, что в их зоне ответственности идут наступательные действия. Наши войска продвигаются вперед, а противник, не имея достаточно сил для обороны, стягивает сюда элитные подразделения беспилотников.

«Противопоставить нечего, кроме как ФПВ [дронов], но он не сдается… Позиции не оставляет», — отмечает «Армани».

Но «Тигры» двигаются вперед.

«Медленно, но верно», — добавляет «Армани».

В редкие минуты затишья в пункте дислокации бойцы стараются создать хоть какое-то подобие уюта, чтобы можно было немного передохнуть от тяжелых фронтовых будней. Заботиться о том, чтобы бойцы были довольны и сыты, и повар подразделения. По кухне разносится сумасшедший запах жареных котлет. Такой знакомый каждому с детства и такой вкусный.

«Тигры питаются мясом?», — спрашиваю я у бойца, который ловко переворачивает котлеты на сковороде.

«Конечно! Мясо — это первое, что у нас должно присутствовать», — с легкой улыбкой отвечает он.

Сытый солдат – довольный солдат, а довольному и воевать легче.

Их будни — это бесконечное противостояние стальным «птицам» в небе, опасные рейды по выжженной земле, тяжелый труд под постоянной угрозой. Это война не лихих атак, а выдержки, мастерства и каждодневного, невидимого подвига. Война, где победа складывается из умения «держаться» на бешеной скорости, точности расчета зенитчика, хладнокровия медика и неистребимой веры «обычных людей» в то, что их дело — правое.

«Россия — мощь! Победа будет за нами», — заключает «Армани».

И за этими словами — не лозунг, а суровая реальность их каждодневного труда на передовой.