Командир штурмового отряда «Журба»

 Под его руководством «Волки» провели свою нашумевшую операцию – 48 дней в тылу противника.

Командир одного из отрядов бригады «Волки» Добровольческого корпуса с позывным «Журба» на Донбассе воюет с 2016 года. Сражался с боевиками в Сирии, освобождал Пальмиру. Награжден Георгиевским крестом четвертой степени, тремя медалями «За отвагу», а также знаками особого отличия добровольческих формирований.

Воин должен воевать с воином

Связать свою жизнь с армией Журба решил во время срочной службы в хабаровском мотострелковом полку. В то время Россию сотрясла череда терактов, среди них – крушение «Невского экспресса» и взрыв на вокзале Волгограда.

– Страдали мирные жители… Это меня угнетало. Считаю, что воин должен воевать с воином, а не с гражданским населением, – говорит Журба.

Возможность проявить себя ему скоро представилась – в 2016 году он попадает на Донбасс…

– Я сам из Ростовской области, здесь рядом живу. Это наша земля. Мы видели, как все происходило. В 16-м году здесь лютовал «Айдар» (запрещенная в России террористическая организация – Прим. ред.), который надо было истребить, и мы это сделали. Сейчас «азовцы», другие нацбаты, – рассказывает Журба. – Мое такое мнение: не мы это начали, но мы это должны закончить. Поэтому я здесь.

В разведывательно-штурмовую бригаду «Волки» Журбу сначала позвали инструктором. Он занимался боевой подготовкой личного состава, оборудовал полигон. Вскоре был назначен командиром отряда.

48 дней в тылу врага

Одной из наиболее важных операций, которыми руководил Журба, стала заброска в тыл противника разведывательной группы. Бойцы отработали на чужой территории 48 дней.

– Самое сложное было, наверное, зайти и потом вывести оттуда ребят. Я взял на себя ответственность и принял решение, что мы должны закрепиться еще глубже в тылу. Такой дерзости враг вообще не ожидал, – вспоминает Журба. – Там большой лесной массив. Ребята не знали местности. Мы проводили разведку по ходу движения, вели их «птичкой». Считаю, что было принято правильное решение, потому что туда, где была предварительно поставлена задача закрепиться, противник и наносил огневое поражение. Думали, что они нас просчитали…

Хотя такой рискованный маневр совсем гладко, наверное, пройти не может. При выдвижении на задачу двое бойцов лишились своих мотоциклов – транспорт запутался в препятствии из колючей проволоки. Командир отряда оперативно проложил новый маршрут, вел подчиненных по лесополосе, а когда требовалось проскочить «открытку» – ловил окно, в которое поблизости не было беспилотников противника.

– Тяжело морально, физически. Потому что переживаю за своих ребят каждую минуту. Бывало такое, что и по трое, по четверо суток не спал. Обнаружит противник – не обнаружит. Надо было постоянно наблюдать за ним, анализировать. И он тоже с хитринкой – может сразу не нанести огневое поражение, а сделать гадость какую-нибудь: подминировать, накидать датчиков, подкинуть прослушку, – рассказывает Журба.

Бойцам «Волков» удалось взять в плен боевиков, их рации стали использовать, чтобы навязать противнику радиоигру. Пленные докладывали командирам, что их позиция остается за ВСУ. Враг исправно снабжал укреп, где находились наши разведчики: сбрасывал провизию, аккумуляторы, боекомплект. А освободившиеся от своей ноши дроны, чаще всего, тяжелые коптеры «Баба-Яга», сразу уничтожались.

– У нас пленный выходил по радиоигре на своего командира. Я говорил, что один из них пойдет сейчас тоже погулять, проведет небольшую разведку. Мы так тоже вычисляли, смотрели, где у них остальные позиции есть ­– уже своими ногами, по вражеской форме, – добавляет замкомандира штурмовой роты с позывным «Рокстар».

Благодаря этой дерзкой и блестящей операции добровольцы заняли часть леса, корректировали артиллерию, FPV-дроны и, в конечном счете, обратили противника в бегство. Успеху способствовал ряд факторов, среди них – продуманный план, мужество бойцов, действия «Рокстара» и «Якута», которые брали ответственность на себя и принимали решение непосредственно на месте.

– Самое обидное, когда что-то случается при возвращении с задачи. На выходе по сто раз повторял, что без моей команды и шагу не делайте, потому что мне отсюда виднее. Переживал, чтобы ребята вышли целые, живые, здоровые. Обнял их как родных, был очень рад видеть. Да и с каждым бойцом так, – делится командир отряда Журба.

Умелые действия бойцов бригады «Волки» окрыли путь на Приволье. Этот населенный пункт ДНР позднее освободили подразделения Добровольческого корпуса.

Таким мы шанс не даем

Журба показывает кадры объективного контроля, на которых наш дрон следует по пятам убегающих ВСУшников. Командир отряда предлагает сдаться: если они как-то реагируют, им дается такая возможность.

– Они такие же люди. Не все из них пришли воевать добровольно. У них тоже родители есть, дети, жены… Либо им сдаться нам, как я предлагаю, либо они погибнут, – размышляет Журба. – Я не скажу, что все они духовитые, все специалисты. Есть и специалисты, есть и духовитые. Ну мы же знаем, что некоторые из их офицеров с нашими офицерами одни училища раньше заканчивали, те же артиллерийские, остальные. То есть мы воюем с такими же ребятами. Такими же. Врага тоже уважать надо, я считаю.

На другом видео украинские боевики успели забежать в блиндаж, но в пылу эмоций подписали себе приговор.

– В радиоперехвате я услышал, как один из них просил ротацию и крикнул в эфире: «Я уже устал, я уже два с половиной года русню убиваю». У них шансов потом не было, естественно. Таким мы шанс не даем.

Убьют – домой не приезжай

На бронежилете Журбы – знаменитый шеврон «Мама сказала надеть».

– А что еще мама сказала?

– Мама сказала: «Убьют – домой не приезжай». Вот так мама сказала. Она уже смирилась, она переживала, естественно. И первую командировку я вообще не признался, куда я поехал, сказал, что на вахту работать. Потом, естественно, она все узнала, первые разы отговаривала, то паспорт прятала, то еще что-то. Я пытался брать паузы, найти себя на гражданке после первых командировок, но новости от ребят, которые оставались здесь, не давали покоя.

Несмотря на то, что его боевой путь насчитывает годы и только штурмовиком Журба воюет восемь лет, себя он оценивает скромно.

– Я начал свой боевой путь в 25 лет. Когда надо было делать рывок, я подрывался, бежал, опытные товарищи меня тормозили – ты посиди, успеешь. Я всегда пытался достичь их уровня и считаю, что пока мне это не удалось, – говорит командир отряда. – Каждая задача отличается от предыдущей. И как бы она ни была спланирована, все равно пойдет не по плану. И вот на этих вот ситуациях форс-мажорных, так сказать, мы всегда себя усовершенствуем. И этому нет предела.

Впереди Славянск и Краматорск

– За время моего нахождения на передовой все поставленные нам задачи были выполнены. Ни шагу назад мы не отступили. Заняли господствующие высоты. Выступили в авангарде нашего фронта. Дали тем самым продвижение флангам. Впереди – Славянск, Краматорск. Мы выполним эту задачу, я уверен, – говорит Журба.

Но чтобы полностью освободить Донбасс, надо серьезно подготовиться.

– В принципе, для масштабного наступления у нас все есть. Хватает боеприпаса, людей, но спешка повысит потери личного состава. Мы делаем все возможное для того, чтобы сберечь жизни своих бойцов, – характеризует ситуацию командир отряда. – А враг нас ждет. Он подготовлен и наращивает силы.

Понимая это, Журба лично следит за обучением своих бойцов. Он приезжает на полигон и проверяет всё до мельчайших деталей экипировки.

– Не мы подстраиваемся под экипировку, а экипировку подстраиваем под себя, – учит он новобранцев.

Командир отряда пользуется заслуженным авторитетом, в том числе и потому, что ценит своих подчиненных: они уже герои, раз приехали сюда.