«Без связи нет управления, без управления нет победы». История военного связиста, для которого долг — это наследственное

Говоря о работе на передовой, многие сразу думают о пехоте, артиллеристах или танкистах. Но есть военная специальность, без которой любая, даже самая героическая атака, обречена на провал. Это связисты. «Без связи нет управления, без управления нет победы» — эта цитата маршала Жукова, которую знает каждый курсант, только начинающий своё знакомство с военной наукой. Для многих она так и остается лишь строчкой из учебника. Но для командира отделения взвода связи отряда «Факел» Добровольческого корпуса с позывным «Жека» эти слова стали той реальностью, которой он посвятил всего себя.

Его боевой путь начался не в 2022 году. Он — профессиональный военный, отдавший Вооружённым Силам России почти семь лет. Уроженец города воинской славы — Орла, он служил командиром отделения приёмного радиоцентра в 306-м радиотехническом полку. Потом была учёба в учебном центре войск связи в подмосковном Болычево.

Именно там, в учебном классе, на стене висела та самая цитата Жукова.

«Как раз-таки суть этого высказывания я ощутил именно на первой командировке в зону СВО, — вспоминает боец. — Потому что, когда связи нет, ты слепнешь и глохнешь. Ты просто парализован».

Когда началась специальная военная операция, у «Жеки» закончился контракт с Минобороны, но он понял, что оставаться в стороне в то время, когда Родина в опасности, просто не имеет права. И мужчина решил подписать контракт и отправиться на фронт добровольцем. Сначала он попал в добровольческую бригаду «Святой Георгий». Воевал на херсонском направлении, потом под Авдеевкой. Не далеко от Соледара получил своё первое тяжёлое ранение.

«Противник тогда (в 2022 году – прим. авт.) очень редко использовал ударные FPV-дроны, это было в новинку, — вспоминает «Жека». — Сейчас это кажется абсурдным, но тогда у нас не было никакой защиты на машине – ни мангала, ни РЭБа. Тогда все так ездили. Атака дрона стала для нас полнейшей неожиданностью. Если честно, эта неизвестность пугала больше, чем сам беспилотник. Страшно. Мы попросту не знали, что это вообще такое».

Ранение было тяжелое. Мужчина проходил долгое лечение и реабилитацию. После восьми месяцев в госпиталях встал вопрос: возвращаться или нет? Страхи были. Но сильнее оказалось чувство долга и тяга к товарищам.

«Тянуло сюда, к ребятам, выполнять боевые задачи. Чувствовал, что это мой долг, — говорит связист. — Семья, жена, отнеслась с пониманием. Были разногласия, конечно. Но она знала, что я человек — военный, поэтому смирилась».

После восстановления «Жека» попал в отделение связи отряда «Факел». В его задачи, как и в задачи остальных связистов, входит обеспечение устойчивой связи на командных пунктах и линии боевого соприкосновения. Мужчина признается, что он очень быстро понял, что война — лучший и самый строгий учитель.

«То, чему обучали в учебном центре, далеко от того, что происходит здесь. Условия, используемые средства связи очень сильно отличаются. Всё, чему нас учили, в значительной мере устарело, — констатирует он. — Здесь приходится обучаться и осваивать новые средства связи, новое оборудование. Мы все так друг у друга учимся».

В его подразделении нет узких специалистов. Каждый — универсал. Кто-то лучше разбирается в интернет-оборудовании, кто-то — в радиостанциях. Работают плечом к плечу, передавая опыт в ходе выполнения задач. Это создаёт по-настоящему слаженный коллектив.

На вопрос о том, что самое сложное в работе военного связиста, «Жека» отвечает обстоятельно и по делу.

«Связист должен обладать выносливостью и аналитическим складом ума. Помимо автомата и бронежилета, он еще должен тащить оборудование, прокладывать проводную связь. Человек очень многозадачный. И в то же время, в условиях непростой обстановки, он должен очень быстро найти и принять решение, как устранить неполадку. Может быть, даже оказывая помощь товарищу. Он должен обладать и техническими навыками, и быть физически выносливым».

А еще говорит, что у каждого опытного связиста должен быть свой «тревожный чемоданчик» — сумка, собранная под конкретные задачи. Когда поступает очередная боевая задача, нет времени гадать и раздумывать, что брать. Ты уже знаешь. «Человек понимает, чем он будет заниматься. Потому что вряд ли на месте он сможет найти нужную деталь или провод. Это не так, скажем, как у штурмовиков, когда они заскакивают на позиции противника и могут там пополнить запасы БК. У нас всё должно быть с собой».

Вспоминает один случай, о котором ему старшие товарищи рассказывали. В 2023 году на одном из сложнейших участков фронта группа бойцов отряда «Факел» оказалась в критической ситуации. Они находились на дальнем наблюдательном пункте, оборудованном всего в 70 метрах от позиций противника. Внезапно вражеская артиллерия накрыла район. Снаряды рвались с пугающей точностью. Один из разрывов уничтожил линию связи. Бойцы «Факела» остались в полной изоляции, отрезанными от командования и артиллерийской поддержки, буквально в двух шагах от врага.

Связиста, который выдвинулся для ремонта канала связи, ранило одним из выстрелов – осколком ему пробило обе щеки, выбило 6 зубов. Картина была ужасающей. Человек с развороченным лицом, истекающий кровью. Любому другому в такой момент было бы не до службы. Преодолевая шок и адскую боль, связист не только не отступил, но и сумел завершить начатое. Он добрался до места обрыва и восстановил поврежденный кабель.

«Было и страшно, и смешно одновременно, — пересказывает историю сослуживца «Жека». — Он делал все, проклиная противника на чем свет стоит, ругался, шепелявил… Бойцы не знали, плакать им или смеяться. Но связь тот боец восстановил».

И его работа в тот момент спасла не просто связь. Через восстановленную линию были оперативно наведены артиллеристы. По вражеским позициям, угрожавшим наблюдательному пункту, был нанесен точный удар. Группа была спасена, а боевая задача выполнена.

Гражданская жизнь для «Жеки», человека, отдавшего армии столько лет, всегда была на втором плане. Дома, в Орле, его ждут жена и дочь. Боец признается, что домашнего уюта не хватает, особенно, в преддверии новогодних праздников. Но и здесь, на фронте, есть своя семья.

«Здесь тоже вторая семья, грубо говоря. Все стараются поддержать друг друга — и морально, и физически, оказывая помощь по возможности. Это сплачивает. И на выезде, на линии боевого соприкосновения, встречаешь ребят, видишь тепло в глазах. Много знакомых, земляков, которые воюют с самого начала».

Военная служба для мужчины — это уже некая семейная традиция. Старший брат сейчас служит, отец тоже служил, но погиб в Чечне, прадед воевал в Великую Отечественную, — все были военными.

«Это из поколения в поколение передается. То, что мужчина должен быть на защите Родины, своего народа, семьи».

На вопрос, до какого момента он видит себя на войне, отвечает твёрдо и просто: «Только до победного конца». А после, если Бог даст здоровье, он в любом случае свяжет свою судьбу с армией — есть опыт, есть навыки. Но, трезво оценивая обстановку, он понимает: борьба предстоит долгая.

«Думаю, нам еще долго придётся отстаивать свою независимость и противоборствовать внешним угрозам — как со стороны нацистского режима Украины, так и со стороны Запада. Поэтому думаю, что это надолго».